Медиа о нас

Чтобы спасти моего еще не родившегося сына, киевские врачи сделали ему… полное переливание крови

Добавлено Январь 28, 2014 | Рубрика : Медиа о нас | 0 Комментариев

Благодаря внутриутробным операциям, которые научились делать столичные специалисты, ребенку удастся избежать осложнений, вызванных резус-конфликтом. Таким образом на свет уже появились восемь здоровых малышей

Играя с 12-летним братом Тимофеем, годовалый Ванечка весело смеется. Мальчик подбегает к маме, крепко обнимает ее за ноги и старательно выговаривает «юблю», за что вознаграждается крепким поцелуем.

— Сейчас мне даже представить сложно, как жила бы без младшего сына, а ведь когда я забеременела, врачи настаивали на аборте, — говорит Наталья. — Все дело в том, что у меня отрицательный резус-фактор, а у супруга — положительный. И в случае, если плод унаследует резус отца (чаще всего так и происходит), а во время беременности его кровь соприкоснется с материнской (в медицине это называется резус-конфликт. — Авт.), организм женщины может воспринять малыша как инородное тело и попытается от него избавиться, постепенно разрушая клетки крови.

240 baby copy

*Наталья Хоцяновская: «Наш сын стал первым ребенком, которому врачи дважды перелили кровь до рождения. Сейчас Ванечке год, он отлично развивается, ходит и говорит свои первые слова» (фото Сергея Тушинского, «ФАКТЫ»)

И менно так произошло и у меня. Об этом говорили анализы, которые я сдала на втором месяце беременности. «У ребенка начинается малокровие. Он родится инвалидом. Делайте аборт», — уговаривали медики. Однажды моя крестная, врач, сказала: «Если такому ребенку перелить кровь в утробе матери, тем самым восстановив его красные тельца, он родится здоровым. Так делают во всем мире». После ее слов я перечитала гору книг, медицинских энциклопедий, статей в интернете и наконец нашла информацию о том, что такие операции действительно делают младенцам, но… не в Украине. Однако мы с мужем так хотели второго ребенка, что поехали в Белоруссию, где проводят такие вмешательства. После специальных исследований врачи сказали: «Приходите на операцию через неделю, а потом раз в пять дней — на обследование». Понимая, что не сможем постоянно ездить из Киева в Минск, стали планировать временный переезд в Белоруссию. Вдруг один из врачей сказал: «В Киеве собираются делать такие операции. Этим занимается команда специалистов во главе с известными в Украине акушерами-гинекологами профессором Светланой Жук и Виктором Ошовским». Тогда мы вернулись в Киев, и наш младенец стал первым, кому перелили кровь внутриутробно. Тогда я была на шестом месяце беременности. Через две недели врачи повторили процедуру. К счастью, обе операции прошли успешно, и Ваня родился абсолютно здоровым.

— Как проходят такие вмешательства? — интересуюсь у акушера-гинеколога, ассистента кафедры медицины плода Национальной медицинской академии последипломного образования имени П. Л. Шупика, консультанта медицинского центра «УНИКЛИНИКА» кандидата медицинских наук Виктора Ошовского.

— Наша задача — попасть в вену пуповины плода, не задев при этом артерию. Для этого под контролем ультразвука мы прокалываем живот матери тоненькой иголочкой. Затем берем кровь плода на исследование, а также в случае необходимости вводим ему специальный препарат, чтобы временно обездвижить. И только когда по анализу рассчитаем нужный плоду объем донорской крови, проводим переливание. Процедура длится около получаса, и все это время иголка находится в пуповине. Без преувеличения могу сказать: это ювелирная работа. Рука не имеет права дрогнуть. Причем все десять специалистов (врачи, медсестры, лаборанты), которые находятся в операционной, должны работать слаженно. Судя по хорошим результатам, нам это удается.

«Сдать кровь для нашего будущего сына приходили даже те, кто боится уколов. Многие специально приезжали из других городов»

— Я хорошо знаю, какие осложнения могут начаться у ребенка, если во время беременности произошел резус-конфликт, — продолжает Наталья. — У меня так было со старшим сыном. Раньше считалось, что с первым ребенком никакого резус-конфликта и быть не может. Если и произошло кровосмешение, организм матери только знакомится с чужеродными антителами и не пытается от них избавиться. Тем не менее Тимофей родился в очень тяжелом состоянии: его кожа была желтушно-зеленого цвета, он не мог дышать и даже не закричал. У него была явно выраженная анемия. В реанимации сын провел больше месяца. Его кормили через зонд, он дышал при помощи аппарата искусственной вентиляции легких. А когда мы забрали ребенка домой, тот постоянно болел.

Однажды, когда сыну был годик, я увидела родителей, которые целовали своего ребенка прямо на улице. Мне казалось это такой безответственностью. Мы с мужем настолько боялись любой инфекции, что когда приходили с улицы домой, сразу надевали марлевые повязки. Ведь стоило Тимофею избавиться от одной болячки, начиналась другая. К трем годам он пять раз попадал в больницу с неврологическими заболеваниями, воспалением легких, стенозом (из-за отека гортани ребенок не может дышать, начинает задыхаться). Позже врачи диагностировали серьезную аллергию. Помню, как отваривала ему морковь и картофель. Только эти продукты организм сына воспринимал нормально. Конфеты, цитрусовые, варенье были для него под запретом. Врачи единогласно твердили: «Слишком слабый иммунитет. И все из-за резус-конфликта». К счастью, нам удалось нормализировать состояние Тимофея, сейчас он ничем не отличается от своих ровесников. Только вот аллергией страдает до сих пор.

Поэтому, когда я узнала, что беременна во второй раз, была в смятении. С одной стороны, мы с мужем безумно обрадовались, ведь хотели малыша, а с другой — очень боялись, что в этот раз осложнения будут куда серьезнее. Ведь если ребенок унаследует резус отца, мой организм, который уже выработал антитела во время прошлой беременности, сразу использует их против плода. Не удивляйтесь, что я говорю медицинскими терминами. Врачи так часто пугали меня возможными осложнениями, что я запомнила эти слова на всю жизнь. При этом никто из специалистов не сказал о способах, благодаря которым можно не только избежать последствий резус-конфликта, но и не допустить его. Об этом я узнала только от Светланы Ивановны Жук и ее команды. Мы с мужем столкнулись с тем, что большинству врачей намного проще отправить женщину на аборт, чем взять на себя ответственность и попытаться спасти ребенка. К слову, на все обследования и УЗИ Сережа всегда ходил со мной. И во время этих операций он тоже был рядом, держал меня за руку.

— Насколько я поняла, во время вмешательства вы были в сознании. Испытывали какую-то боль?

— Нет. Для матери это совершенно безболезненная процедура. Хотя, конечно, я не могла успокоиться. Врачи предупредили, что для плода это очень рискованное вмешательство. Я боялась лишний раз сделать вдох, пошевелиться. Когда рассказывала об этом знакомым, многие спрашивали: «Как ты решилась?» Считаю, у нас не было другого выбора. И я, и муж прекрасно понимали: из-за развившейся анемии наш ребенок мог умереть или родиться с патологией. Кроме того, мы полностью доверяли оперирующим врачам. К моей беременности специалисты подошли со всей ответственностью. Мы им очень благодарны за это.

02 family copy *»Благодаря операции, которую врачи провели внутриутробно, наш второй сын родился здоровым. Это заслуга всей команды специалистов, наблюдавших меня во время беременности», — говорит Наталья. На фото женщина с мужем Сергеем и сыновьями Ваней и Тимофеем (фото Сергея Тушинского, «ФАКТЫ»)

— Могу рассказать забавный случай, который произошел с нами, когда жена лежала на сохранении, — вступает в разговор Сергей. — Поскольку первого сентября, когда наш сын Тимофей пошел в пятый класс, Наташа все еще находилась в больнице, на праздничную линейку я отправился один. Вдруг за спиной услышал голос Виктора Ошовского: «Гемоглобин хороший. Билирубин тоже в норме…» Вначале подумал, что мне послышалось. Оказалось, наши дети учатся в одной школе. Увидев меня, врач даже не успел поздороваться, а первым делом сообщил о состоянии Ванечки.

— Нашей семье повезло не только с врачами, но и с людьми, поддержавшими нас, — говорит Наталья. — Ведь для переливания требовалось большое количество крови первой отрицательной группы, а найти таких доноров было непросто. Кроме того, потенциальный донор должен быть абсолютно здоров: не болеть в прошлом гепатитом, другими вирусными заболеваниями, не злоупотреблять алкоголем, антибиотиками. Были даже ограничения по весу. В интернете супруг разместил объявление, в котором просил людей сдать кровь. Откликались знакомые наших знакомых и даже те, кого мы не знали. Сережа рассказывал, что некоторые люди приезжали из других городов специально для того, чтобы помочь спасти нашего будущего сына. Однажды врачи отказались брать кровь у девушки, которая весила 47 килограммов, ведь по правилам вес должен быть не меньше 50. Девушка расплакалась от обиды. Мы очень ценим такие поступки, ведь во многом благодаря этим людям наш сын абсолютно здоров.

«Нам удалось помочь малышу, у которого из-за гипоксии развилась тяжелейшая водянка»

— Вы говорили, что Ваня перенес два внутриутробных переливания.

— Да, — отвечает Наталья. — Каждую неделю я ходила на обследование, где специалисты из команды профессора Свет­ланы Жук — Елена Марущак, Евгений Парпалей, Юрий Мельник — при помощи доплера измеряли динамику кровотока в средней мозговой артерии ребенка. Так они определяли, нужно делать переливание или нет. По идее, Ване требовалось провести три операции, но вместо того, чтобы делать последнюю, врачи решили стимулировать роды. Ведь к тому времени у сына уже созрели легкие и другие жизненно важные органы. Ванечка появился на свет здоровеньким, сразу закричал, а на восьмой день нас уже выписали домой.

— Как женщине с отрицательным резус-фактором избежать резус-конфликта? — интересуюсь у Виктора Ошовского.

— Практически во всех европейских странах врачи не знают, как выглядят последствия резус-конфликта, ведь они этого не допускают. В норме кровоток матери и плода не пересекаются. Это может произойти в следующих случаях: при аборте, выкидыше, кровотечении и родах, когда кровь плода попадает в организм женщины. Тогда ей в течение 72 часов для профилактики резус-конфликта нужно ввести специфический иммуноглобулин. Благодаря препарату организм матери не станет вырабатывать антитела по отношению к плоду во время этой и следующих беременностей.

В некоторых ситуациях женщина не замечает кровотечений и даже не догадывается о выкидыше, который мог произойти на малом сроке. Поэтому для пациенток с отрицательным резус-фактором врачи отработали следующую схему введения иммуноглобулина: на двадцать восьмой неделе беременности и после родов. Это абсолютно безвредный препарат.

360 doctor copy

Статистика гласит: у пятнадцати женщин из ста отрицательный резус-фактор. Раньше считалось, что при такой проблеме нельзя беременеть второй или третий раз. Сейчас могу однозначно сказать: это не так. Главное — подойти к беременности с особой ответственностью. В медицинском центре «УНИКЛИНИКА» мы наблюдаем и консультируем женщин с разными патологиями со всей Украины. Более подробную информацию можно получить на официальном сайте клиники: uniklinika.com.ua или по телефону (044) 379−19−11.

— Правильно ли я поняла: операция, которую вы провели Наталье, нужна в случаях, когда резус-конфликт уже состоялся и у плода началась анемия?

—Да. Если такую операцию не провести вовремя, у ребенка могут развиться гипоксия (кислородное голодание), водянка и другие опасные для жизни осложнения. Важно понимать: это тяжелое и рискованное вмешательство. Поэтому перед операцией мы обязательно взвешиваем все «за» и «против». Например, если анемия развивается на тридцать четвертой неделе беременности, когда у младенца уже достаточно зрелые легкие, мы проводим родоразрешение. Но в случаях когда осложнения происходят на двадцатой неделе, операция — единственный шанс для младенца выжить.

— Сколько таких вмешательств вы уже сделали?

— За два года процедуру провели одиннадцати пациенткам. Как правило, каждой из этих женщин необходимы два-три переливания. То есть в общей сложности мы уже сделали двадцать восемь операций. К большому сожалению, трех малышей спасти не удалось. Их родители слишком поздно к нам обратились.

Я хорошо запомнил случай, когда мы спасли малыша, у которого на фоне гипоксии развилась тяжелейшая водянка. Из-за жидкости, скопившейся в маленьком животике, плод напоминал лягушонка. Мы сделали три переливания, благодаря чему водянка исчезла. Малыш родился здоровым: с отличной мимикой, всеми рефлексами. Пожалуй, это был самый тяжелый случай из всех, с которыми нам пришлось столкнуться.

— Наталья рассказывала, что в Белоруссии, куда они с мужем ездили, существует специально оборудованный центр для таких операций. Как обстоят дела в Украине?

— У нас эти операции только начинают делать. Хотя в других странах уже накоплен большой опыт таких вмешательств. К сожалению, в Украине несовершенная законодательная база…

Нам бы очень хотелось поблагодарить главного акушера-гинеколога Минздрава Украины профессора Вячеслава Каминского и главного анестезиолога-реаниматолога акушерской службы Киева профессора Руслана Ткаченко за поддержку, доверие и участие в развитии медицины плода в Украине.

Инна АЙЗЕНБЕРГ, «ФАКТЫ»

 

Оставьте комментарий