Медиа о нас

Мастер-класс по расширенному антенатальному мониторингу

Добавлено Апрель 1, 2014 | Рубрика : Медиа о нас | 0 Комментариев

 О профессии

Медицина – профессия, где можно не просто ощутить значимость своего участия, но обязательно получить что-то взамен: моральное удовлетворение или духовный опыт в зависимости от исхода. Выбор будущей профессии очевидно был определен задолго до моего рождения. Вопрос стоял скорее: хирургом или акушер-гинекологом. Других специальностей в семье не наблюдалось. Обычные ситуации из детства: родителей нет дома, звонит телефон, отвечаю: «Вы Настя? Когда были последние месячные? Мама просила записать» – это мне 6 лет. Или так: «Папа улетел, мама в роддоме, дедушка в тюрьме…» – дедушка был юрист, а отца часто вызывали по санавиации. Вот эти «папа улетел, мама в роддоме» – мне вспоминают до сих пор.

1546090_703484399684379_1902360763_n

Если говорить о сознательном выборе, с врачеванием не ладилось очень долго. Всеми силами противился, изучая историю, математику и иностранные языки. Потому это тот случай, когда ремесло выбрало меня само. К счастью, со временем ему удалось добиться взаимности. Теперь мы счастливы вместе.

 

Об успехе

Профессиональный успех – это обретение независимости. В первую очередь от оценок окружающих, при этом сохраняя уважение к чужому мнению. Во-вторых, это, когда для достижения результата делаешь очень мало. Третье — когда не решаешь возникшую проблему, а предвидишь и предотвращаешь ее. Хороший врач не тот, который получает деньги за исправление ошибок, а тот, который их не допустил.  Ну и последнее – когда не боишься делать то, что считаешь нужным. Не независимо от того, что написано в государственном протоколе, что скажет шеф клиники, профессор кафедры, — поступать так, как подсказывают твои знания, опыт, а главное совесть. А чтобы не попасть в ловушку гордыни, тщеславия и излишней самоуверенности, всегда нужно держать перед собой табличку – «ничего не знаю, ничего не умею». Ведь рост должен быть исключительно в глубину, не быть лучше кого-то, быть лучше себя вчерашнего. Как у Бродского: «Иосиф, на ноту выше».

Об опЫте

В современном мире врач не может ждать 90 лет, чтобы стать опытным специалистом, его пациент тоже. Уровень спеца в акушерстве  — это на 80%  клинический опыт. Есть разные пути его обогащения. Классический:  делать что-то одно всю жизнь, и возвести это действие в разряд мастерства. В награду за проникновение в суть и трудолюбие открывается мудрость. Истинная мудрость, даже в малом, распространяется на другие сферы. Но сегодняшний день диктует, чтобы врач был мудр  к своей зрелости! Знаю, что через 10 лет уже не будет сил работать, как  сейчас. Потому нужно найти способ ускорить приближение точки, которую мы условно назовем профессиональной мудростью. К счастью мир стал глобален. Время и пространство стали не столь непреодолимы, как раньше. Читать самое лучшее, слушать самых грамотных , учиться у самых честных. Внимать, наследовать, творить свое.

О роли врача

Искусство врачевания лежит за пределами клинического руководства. В медицине есть два возможных пути. Первый — строго придерживаться буквы протокола, второй путь — постараться понять, что на самом деле происходит в конкретном случае и что нужно данной женщине и ее ребенку. Ведь протокол – это усредненные знания. Следуя только протоколу, врач может превратиться в обычного исполнителя: женщине во время беременности нужно сделать три УЗИ, четыре КТГ, два анализа на ВИЧ  – это отчасти фельдшеризм. Да, протоколы важны и нужны. Они — истина в большинстве случаев, но далеко не во всех. Если врач ставит перед собой профессиональную задачу никогда не получить «по шапке» от администрации – это первый путь. А если профессиональная задача – помочь женщине, от которой отказались все – это второй путь. Если Вы выбираете его и даже готовы иногда пойти против протокола в пользу «нетривиальной» пациентки и ее ребенка, тогда приходите на наш мастер-класс.

 

Об Учителях и Учениках

Полагаю, что нет людей, у которых нельзя чему-либо научиться, но я очень мало зависим от авторитетов.  Не потому, что слишком самоуверен, а потому что каждый должен пройти собственный путь. Всегда счастлив, оказаться рядом с человеком, который своим действием или бездействием, словом или молчанием даст пример или направление, откроет новый мир. Просто есть разные уровни наставничества. Можно рассказать и показать, как делать что-то, что умеешь сам. Например, научить виртуозно делать какие-то манипуляции. Это очень здорово, но это — жизнь в рамках чужого опыта. А есть другой уровень, когда в ученике сеют зерно сомнения, учат думать, искать. Мне повезло встречать таких людей, хотя и немного. Например, мой шеф, с которым работал в Германии, Чириков Михаил Николаевич. Он русский, не смог ужиться, сработаться у себя на Родине и уехал в Германию.  7 лет занимался наукой, подтвердил диплом врача, стал профессором, потом начмедом клиники Майнцского Университета, сейчас руководит университетской клиникой в Халле. Не знаю подобных примеров, чтобы человек- выходец из бывшего советского союза возглавлял университетскую клинику в Европе.  Он оперирует фето-фетальный синдром со 100% выживаемостью одного плода, в 71% операций выживают оба плода. Ему никто не верит, а я верю, потому что работал с ним два года. У него простые и гениальные идеи рождаются три раза в сутки. Вот, например, амниоинфузия. У плода не растут и не созревают легкие в следствие маловодия. Стандартная практика — введение дополнительного объема жидкости. Михаил Николаевич предложил добавить в раствор вещества, которые нужны для постройки сурфарктанта. Это простые вещи, которые лежат на поверхности, но не всем такие решения приходят в голову.

 

О МЕДИЦИНЕ ПЛОДА

Мы постигаем сложное, чтобы преуспеть в простом.

В практике был случай с монохориальной двойней. Первый раз женщине предложили прервать беременность, когда увидели общую плаценту. На втором этапе (в 20 недель) прерывание было предложено в связи с фето-фетальным трансфузионным синдромом. Женщина отказалась и обратилась за консультацией. При более глубоком рассмотрении была диагностирована селективная задержка развития одного из плодов. В третий раз, ей предложили кесарево сечение в 26 недель — у меньшего плода на артерии пуповины был нулевой кровоток, а по нашим протоколам – это прямое показание к родоразрешению.

Мы с коллегами на свой страх и риск, аргументируя тем, что при монохориальной двойне нулевой кровоток часто является не признаком страдания, а может быть результатом типа прикрепления пуповины, вели беременность до 32 недель. Детки родились 1100 г и 2300 г. То есть, удалось, построив грамотную систему наблюдения, не допустить гибели меньшего и инвалидизации большего плода, доведя беременность до максимально возможно срока. Родоразрешили в 32 недели потому, что видели: ресурсы меньшего плода практически исчерпаны. И чтобы не допустить его гибели а, как следствие, – инвалидизации второго плода, провели кесарево сечение. Обе девочки живы, и никаких замечаний со стороны неврологов нет.

Этот случай я привожу для того, чтобы стало понятней, о каком втором пути я говорю. Ведь, если говорить об истинном синдроме фето-фетальной трансфузии, то у нас в 80% случаев предлагают прерывать беременность, хотя возможности коррекции проблемы в Украине существуют.

В мире медицина плода – не новшество, уже накоплен определенный опыт. Нужно понимать, что эта отрасль не решает все проблемы, а скорее ставит новые. Но, это как с детьми массой 499+. Пока мы не «подняли планку», у нас стабильно умирали дети и с весом в 1000 г. В медицине плода точно так же: суперуспехов не будет, но перестанут умирать те дети, которые должны жить.

Акушерство – наука, требующая знать очень много, чтобы делать очень мало.

Об украинском акушерстве

Мир узнает об украинском акушерстве тогда, когда появится собственная светлая мысль и способность достойно ее излагать, когда наша идея станет конкурентоспособной и интересной зарубежным коллегам. У них тоже не все так радужно, есть надуманные концепции, надутые авторитеты, «того берем в свою песочницу, того не берем». Но это живая динамичная система, самоочищающаяся и прочная. Потому, когда у тебя есть оригинальная здравая мысль, а не осточертевшая «толчея в ступе» — нет шансов остаться незамеченным, если донести ее правильным людям в правильное время. Нужно ли это нам? Если хотим остаться в уютной кротиной норе провинциального самолюбия и ничем не подкрепленного чувства превосходства, конечно же, не стоит напрягаться.

 

О мастер-классе

Немного теории, немного практики, а потом задачи, мозговые штурмы, интерактивные упражнения. Будем заново учиться думать!

У всех методов пренатальной диагностики есть свои ограничения. Ни один из них не дает полной исчерпывающей информации о состоянии плода. Не существует такого волшебного метода, который может сказать, что здесь с этим ребенком все хорошо или все плохо. Только одновременная оценка всей информации в отношении плода и женщины могут дать реальную картину.

Хочется показать, как по неидеальной КТГ определить, насколько страдает плод. Научить врача понимать все тонкости и максимальные возможности этого метода. Чтобы врач смог не просто отнести женщину к группе риска по проблеме, но и оценить величину этого риска.

Разберем нестандартные ситуации. Есть плод, он живет в резервуаре и его состояние опосредованно зависит от организма матери. Женщина может страдать от патологии сердечно-сосудистой системы, заболеваний печени или быть практически здоровой. И плод, даже самый здоровый, будет коррелировать с состоянием матери, поэтому результаты исследований у этих женщин будут отличаться. Они могут быть по-разному «нормальными». Очень важно понимать грань того, что мы называем в «пределах нормы».

Поговорим о гравидограмме. У нас не принято ее использовать. Ну, какую информацию может дать размер живота, высота стояния дна матки? А фетометрия часто сводится к «ваш плод отстает на недельку».  Несмотря на простоту этих методов, они очень важны и могут дать много информации.

Задача – дать врачу-участнику алгоритм действий, построить клиническую логику.

Мы научимся понимать состояние плода и предпринимать конкретные шаги. Это не будет прозрением, но поможет систематизировать наши знания. Кроме того, обещаю рассказать про то, о чем у нас практически никто не знает и не использует.

 

Записала Марина Левко. «З Турботою про Жінку», №2, 2014

Оставьте комментарий